Лев Лившиц. In Memoriam

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Главная МАТЕРИАЛЫ АННОТАЦИИ ДОКЛАДОВ 1997 - Вторые чтения - Страница 5
E-mail Печать PDF
Индекс материала
1997 - Вторые чтения
Стр. 2
Стр. 3
Стр. 4
Стр. 5
Все страницы

 

Е. А. Скоробогатова

кандидат филологических наук, доцент

Категория грамматического рода и поэтика «Каменного гостя» А. С. Пушкина

Семиотическая и смысловая роль категории грамматического рода в произведениях А. С. Пушкина исследована кране слабо, хотя это один из важных показателей идиостиля поэта.

Очень интересны трансформации, связанные с грамматическим родом в «Каменном госте». Кощунственное отношение Дона Гуана к убитому им командора подчеркнуто мужским родом его обращений (оскорбление наносится не статуе, а человеку, ею изображаемому): «Я, командор, прошу тебя прийти»... И хотя автор даже ожившего командора называет «статуя», статуя говорит о себе в мужском роде и Гуан воспринимает статую как человека: «Тяжело пожатье каменной его десницы». Смысловая и грамматическая параллель (неживое – статуя – он) проведена отчетливо и последовательно.

 

Ю. Я. Стриженко

В. Г. Белинский об особенностях творчества Шекспира

Особенности шекспировского творчества Белинский связывает с историческими и национальными условиями Англии его времени. По мнению Белинского, только в Англии мог явиться такой драматург. Трансформация страны, ее превращение из старой веселой Англии в суровую и строгую, наложили на последние произведения Шекспира отпечаток мрачной грусти и безысходности. Белинский считал, что, родись великий поэт позднее – Гений остался бы тот же, но характер произведений был бы другим. Таким было его подлинно научное воззрение на Шекспира.

Требуя от литературы всестороннего охвата действительности, изображения жизни без прикрас, Белинский ссылался на Шекспира, у которого сливаются элементы трагические и комические так же, как в жизни.

 

Г. В. Тарасова

кандидат филологических наук

Мемуары как критический источник

В докладе сопоставляются мемуары о В. Г. Белинском, принадлежащие перу И. С. Тургенева, А. И. Герцена, Ф. М. Достоевского и И. А. Гончарова. Такое сопоставление позволяет сделать вывод, что, хотя каждый из рассмотренных текстов существенно важен для воссоздания биографии, взглядов, образа и облика того, кому они посвящены, во всех случаях налицо и еще одно существенное обстоятельство: суждения мемуариста являются источником сведений о нем самом, о его позиции, о его критических установках и взглядах.

Представляется, что это положение справедливо не только применительно к данным мемуарам и мемуаристам, но имеет и некоторое общее значение и применение.

 

Ю. П. Фесенко

кандидат филологических наук, доцент

«Горя от ума» А. С. Грибоедова и В. И. Даль

Бессмертная грибоедовская комедия постоянно привлекала заинтересованное внимание Даля (1801 – 1872). В письме к Н. А. Полевому от 16 ноября 1830 года он говорит о «слабоумии, рассудка нищете» со ссылкой на Чацкого, а в 1868 году в газете «Русский» упоминает о «смешении французского с нижегородским». До выхода искаженного цензурой текста пьесы в 1833 году даль популяризирует ее строки в эпиграфах к главам повестей «Цыганка» (1830) и «нападение в расплох» (1832), причем в последней повести комедийный конфликт сочувственно травестирован. И в статьях Даль высоко отзывается о народности (Дерптский ежегодник. 1835), новаторстве (Москвитянин. 1842. № 2) пьесы. В «Напутном» 91853) он сравнивает афоризмы Грибоедова с фольклорными изречениями и монументально воплощает свои оценки в «Пословицах русского народа» и «Толковом словаре живого великорусского языка», где «Горе от ума» – наиболее цитируемое литературное произведение.

 

 

О. А. Цветинская

К лингвостилистической характеристике трагедии М. И. Цветаевой «Ариадна»

Античность – источник, из которого черпали такие поэты и драматурги начала ХХ века, как Д. Мережковский, Вяч. Иванов, О. Мандельштам.

Драматические произведения М. Цветаевой – органическое продолжение ее лирики. Так, за предельной сжатостью, отрывистостью речи ее персонажей в трагедии «Ариадна» скрыта многозначность смысловых оттенков, передана тема рока, фатума, определяющих сущность древнегреческой трагедии, но, создававшаяся в ХХ веке, она отражает философию того времени: появляется дискретность мировосприятия, ощущение чудесности и хрупкости бытия.

Как отмечают Г. Ф. Калашникова, Е. А. Скоробогатова, «идиостиль М. Цветаевой включает парцелляцию как характерную черту». Развивая эту мысль, отметим, что помимо своей прямой функции в данном тексте – передать коллоквиальность, парцеллирование, передает то, что создает личное прочтение М. Цветаевой классики – трагедийный надрыв.

Активное употребление конструкций расчлененного типа является одним из лингвостилистических средств выражения эмоциональной первичности и смысловой полифонии, звучащих в трагедии.

 

И. В. Черный

кандидат филологических наук, доцент

Драматургия Н. В. Кукольника конца 1830-х годов

В докладе анализируются драмы, написанные Н. В. Кукольником в конце 1830-х годов («Иван Рябов, рыбак архангелогородский», «Статуя Кристофа в Риге, или Будет война» и «Князь Даниил Дмитриевич Холмский»). Рассматриваются особенности идейно-тематического содержания, образной системы, конфликта этих драм, исследована роль в них ремарки. Изучение этого материала позволило сделать вывод о том, что к началу 1840-х гг. в творчестве писателя сложились предпосылки для его перехода от драматургии к художественной прозе, ставшей магистральным направлением литературной деятельности Кукольника в 1840-х – 1860-х гг.

 

Э. Г. Шестакова

Концепция личности и творчества С. Есенина в советской критике 20 – 30-х гг.

Поэзия Есенина в контексте критической полемики 20-х – 30-х гг. о судьбах и творчестве художников «серебряного века». Основные тенденции развития критической мысли. Критические статьи поэтов о поэте (Н. Асеев). Литературные манифесты. Проблема политизации и подмены социально-историческим обоснованием и комментарием анализа; дилемма критики и приговора в работах 20-х – 30-х гг. Проблема инвариантивности мифологизирования и клиширования личности художника и газетно-журнальной критике. Преломление личности и творчества С. Есенина сквозь различные нравственно-идеологические концепции человека-мира – культуры – социума – революции (Иванов-Разумник, Бухарин, Полонский, Воровский, Луначарский, Сосновский). Личность Есенина, человека и поэта, сформированная критическими работами 20-х – 30-х гг.

 

С. В. Щеглов

кандидат филологических наук, доцент

Совесть Ореста и традиция ее изображения в античной трагедии

Между античным и современным мировоззрением нет прямого соответствия. Поэтому вместо вопроса: «была ли у древних греков совесть?» (Ярхо) – следует спрашивать о традициях ее изображения в античной трагедии. Актер здесь не копирует другу личность, он надевает маску, он получает новый характер, оставаясь собою. Почему актер не спрашивает себя, правильно ли он поступает на сцене? Если античная трагедия есть мироустроительное священнодействие, то, чтобы рассматривать себя как личность, актер должен прервать самозабвенную игру. Поэтому обращение к собственной совести не назидательно, противно природе античной трагедии: чтобы говорить о себе, актер должен отказаться от маски характера, покинуть сцену как Одиссей, стать «никем». Как актер изображает Ореста, если он снял его маску – и перестал играть? Поэтому традиция изображения героя, обращающегося к своей совести, в античной трагедии отсутствует, делая вопрос распознавания ее действий заведомо неразрешимым.